При перевоспитании педагог должен уметь в нужное время выразить гнев, радость, возмущение, спокойствие; когда же школьники совершают проступки, выходящие за рамки, — своевременно использовать прием показа возмущения. прием требует большой выдержки воспитателя, чтобы довершить начатое. Не следует часто использовать такой прием, иначе сила воздействия его ослабевает.
Один из воспитанников А.С. Макаренко вспоминает:
Как-то засиделись мы, несколько коммунаров, в кабинете у Антона Семеновича. Каким-то образом разговор коснулся «Ревизора» Гоголя. Я имел неосторожность спросить, что это за книга?
— Как?— с изумлением перебил меня Антон Семенович. — Ты не читал «Ревизора» ? Немедленно убирайся отсюда, чтобы и духу твоего здесь не было!
Я выскочил из кабинета. Был поздний вечер. Библиотека закрыта. Но мне удалось раздобыть книгу у одного из учителей. Не уснул я до тех пор, пока не прочитал ее дважды...
Особым приемом, которым пользовался А.С. Макаренко, был «взрыв». Это явление, предусматривающее более быструю перестройку личности , так как создается совершенно неожиданная для воспитуемых ситуация, в результате которой они принимают требования взрослых. Неожиданное возникающее чувство радости заставляет неблагополучного подростка пересмотреть свои прежние установки. Например, подростки ждут наказания за то, что сломали забор, а директор школы благодарит за то, что они начали доброе полезное дело: снесли забор, чтоб на месте старого построить новый. Подросткам кажется, что так оно и было. Они не хотели озорничать. Уверовав с помощью взрослого в свое благородство, они с энтузиазмом взялись за постройку нового забора.
Этот прием следует использовать весьма осторожно, продумав все «за» и «против». А.С. Макаренко подходил к «взрыву» постепенно, когда возникала необходимость принять в колонию новеньких. Сначала великий новатор вместе с активом приезжал вечером на железнодорожную станцию, арендовал в здании вокзала комнату. Затем старшие ребята-колонисты выходили к вагонам и собирали беспризорных, стаскивая их прямо с крыш вагонов, ловили между товарными составами, доставляя в комнату, где начальник колонии обращался к ним с просьбой помочь им в строительных работах. Условия работы тут же оговаривались: жилье в колонии, питание, обмундирование. Наутро колонисты вместе с новенькими шли через весь город под марш оркестра.
А.С. Макаренко так описывает свой прием:
Дома после бани и стрижки, одетые в форменное платье, румяные, смущенные до глубин своей юной души и общим вниманием и увлекательной придирчивостью дисциплины, новенькие подверглись еще одному взрыву. На асфальтовой площадке, среди цветников, были сложены в большой куче их «костюмы для путешествий». Политое из бутылки керосином, «барахло» это горело буйным, дымным костром, а потом пришел Миша Гонтарь с веником и ведром и начисто смел жирный мохнатый пепел, подмаргивая хитро ближайшему новенькому:
— Вся твоя автобиография сгорела!
Старые колонисты хохотали над Мишиным неповоротливым остроумием, а новенькие оглядывались виновато: было уже неловко.
После этой огневой церемонии начались будни, в которых было все, что угодно, но почти не было пресловутой перековки: новенькие не затрудняли коллектив.
Так использование «взрыва» помогало А.С. Макаренко безболезненно приучать новых членов коллектива к общепринятым нормам жизни.
Большое значение в закреплении положительных привычек поведения имеет поощрение подростков. Тот, кого хвалят, сразу становится образцом для подражания. У неблагополучного подростка появляется надежда, что в его жизни можно многое изменить к лучшему. Он становится более восприимчивым к воздействиям педагогов и родителей.